Бандит Клио

Побеседуем о важном и широком законе, в равной мере физическом и философском,— о законе причин­ности.

В весьма удачном, на мой взгляд, очерке о теории относительности, принадлежащем перу ленинградского математика О. А. Вольберга (этот очерк, называющийся «Занимательная прогулка в стра­ну Эйнштейна», печатался в довоенных изданиях «Занимательной механики» Я. И. Перельмана. В послевоенных изданиях этой книги очерка, по непонятным причинам, нет. Не издан он у нас и отдель­ной брошюрой (хоть издан за границей), а потому стал, к сожале­нию, библиографической редкостью) есть красноречивый эпи­зод из жизни мира, где причинность вывернута наиз­нанку.

Дело было так. По лесу, кишевшему разбойниками, ехали в повозке автор, кучер и некий мистер Барней, который, как повествует автор, «сидел на облучке, по­вернувшись ко мне, и что-то рассказывал. Вдруг он схватился за грудь и опрокинулся назад.

 - Что с ним? — воскликнул я.
 - Убит. Пуля попала в сердце,— ответил кучер.
 - Кто же стрелял?
 - Вероятно, это негодяй Клио собирается выстре­лить.
 - Вы говорите «собирается»; но ведь мистер Бар­ней уже убит!
 - Да, убит. Я и говорю, что убийцей будет Клио. Поглядите, вон он скачет за нами.

Я оглянулся. Вдали по дороге, нагоняя нас, быстро несся всадник. На всем скаку он поднял ружье и начал прицеливаться. Я невольно пригнулся, намереваясь со­скользнуть на дно повозки.

 - Не бойтесь, он целится в Барнея,— сказал кучер, ткнув кнутом в сторону трупа, лежащего у моих ног.

— В таком случае надо его укрыть,— воскликнул я, хватаясь за труп и стараясь стащить его вниз.

— Чего же его прятать, когда он мертв? — возразил кучер.

Мне стало конфузно затлупости, которые я говорил. Вдруг блестящая мысль осенила меня.

— Погодите же! — закричал я.— Я сейчас подстрелю этого негодяя.

Сказано — сделано! Бац! Клио свалился мертвый.

 - Он не успел выстрелить,— радостно воскликнул я.— Выстрел, который должен был убить мистера Бар­нея, никогда не будет произведен.

— Разумеется,— согласился кучер.— После смерти не выстрелишь.
— Значит, мистер Барней спасен!
— Где там спасен, когда у него в сердце пуля си­дит. Нет, его не воскресишь. Он уже похолодел.
— Какая пуля? Ведь Клио не выстрелил и никогда не выстрелит. Не может же пуля, которая никогда не вылетит из ружья, находиться в сердце мистера Барнея.
— Ну уж... не могу вам объяснить... — ответил ку­чер. В голосе его была растерянность...»

Вот какие невозможные вещи творятся в мире, где отсутствует закон причинности. Закон этот таков: всю­ду, в любых явлениях, во всех системах отсчета причины событий во времени обязательно предшествуют след­ствиям. Пусть на ничтожное мгновение, но причина должна быть раньше следствия. В любых явлениях.

От закона причинности легко перейти к понятию одновременности, с обсуждения которого начинается теория относительности и которое далеко не так оче­видно, как кажется непосвященным.