Если исчезнет удивительность

Сейчас мы устроим такую катастрофу минимальны­ми средствами, правда жульническую — с участием по­тусторонней нечистой силы.

Сперва оглянемся назад.

В этой книжке мы бежим от удивления падению. Хотим понять, почему с равной быстротой падают пес­чинка и жернов. Причина отыскана в конце второй гла­вы: равенство тяжелой и инертной масс. Это была за­метная веха в нашем бегстве. Однако объяснение пока­залось слишком формальным. Мы побежали дальше. По дороге заглянули в астрономию — взвесили Землю и Солнце, завернули в геофизику—раскопали клад зо­лота, сделали солидный крюк в учение об энергии, где занялись забиванием гвоздя и разговорами о вечных движениях. Зачем это нам понадобилось?

Затем, чтобы набраться эрудиции, а главное, чтобы понять, как тесно связано свойство падения со всем миром, со всеми его законами. Это-то сейчас зримо рас­кроется в катастрофе, которую, по нашей воле, намере­вается совершить сам дьявол.

Слушайте, какое он делает предисловие:

 - Все эти удивления, смею вас уверить, сплошная чепуха. Зачем удивляться? Зачем мучить себя бегством от удивлений? Надо уметь жить без тревог. Неужели вам не надоела возня с песчинками, жерновами и веч­ными двигателями? Куда приятнее не думать о них, а сыграть с приятелями в подкидного дурака...

— Но мир-то,— говорю я,— он удивителен!

 - Пустяки,— отвечает мой собеседник, почесывая рог.— Я так забочусь о вашем покое, что за одну ми­нуту переделаю мир в совсем не странный, в привычный и обыкновенный. Чтобы не было никаких удивлений.

 - Стойте, стойте! — кричу я, чувствуя, что он может натворить недоброе.— Не надо! Пусть мир останется по-прежнему удивительным!

 - Нет, надо! — отвечает он, и злобный огонь све­тится в его глазках.— Надо! — И он хлопает в ладо­ши, топает копытом и нехорошим, замогильным голосом орет: — Да сгинет удивительность падения! Приказы­ваю тяжёлым телам падать быстрее легких! Пусть па­дающие жернова обгоняют песчинки, а большие сосульки оставляют позади маленькие, когда падают. Да будет так, как человеку кажется естественным. Ну, а остальное пускай пока остается по-прежнему. Пока!..

В этот момент раздается шум. Я вижу в окно: раз­ламываются дома, рушатся деревья, а облака, крутясь и распадаясь, смешиваются с землей. Звенят стекла, подо мной проваливается пол...

— Охо-хо! — грохочет сатанинский голос.— Теперь вы не будете удивляться!..